РЕДКАЯ ПТИЦА

международный фестиваль
литературных изданий

Поэзия | Лирика | шифр 462

29 апреля 2017

БРАНЧ СОЛО

Итальянский ресторанчик «SOLO»,
Мозаичный столик у окна.
Итальянский ресторанчик полон
Публики, что в полдень голодна.
Горсть плодов оливковых на блюде
Скромному бюджету не в урон, —
Ждут проголодавшиеся люди
Красных вин и жёлтых макарон.
Занавеска, смятая по краю,
Точно падший ангел у плеча…
Жертвенно и кротко догорает
На цветной мозаике свеча.
В окруженьи пряных разносолов
Стеарина бледный окаём,
Также как и я, сгорает solo
В бедном одиночестве своём.
А под небом серым и бездонным,
Тоже одинокий, как пророк,
Продаёт газеты о бездомных
Сам бездомный, рыжий паренёк.
Съем оливку те6рпкого посола,
Поясок потуже затяну,
Дам пророку свой последний solo,
То есть евро — и в толпу шагну.
В никуда пойду походкой мима —
Без примет особых, налегке…
И самой себе «O solo mio!»
Напою на русском языке.

В ГОСТЯХ У АННЫ

Анне Германовой

Скиталицей, поникшей от забот,
В четвёртый день семнадцатого года
По милости судьбы и ей в угоду
Я очутилась у резных ворот.

Хозяюшка с улыбчивым лицом
И с голосом поющего ваганта,
Изящна, как цветок в петлице франта,
Меня встречала в дворике пустом.

О этот взгляд! – себя узнала в нём,
В зрачках её библейских отражаясь
И чувствуя – она мне не чужая,
И не чужою я вхожу к ней в дом.

За окнами стоял волшебный лес,
Передо мной она стояла – Анна,
И падал снег, но мне казалось – манна
Спускалась с предрождественских небес.

И был из манны выпечен пирог,
Смежал камин всевидящее око...
Впервые было мне не одиноко,
И до утра наш длился диалог.

О слово, ты начало всех начал,
Ты связываешь в узел все начала –
В её устах ты серебром звучало,
И голос струн под пальцами звучал.

Пой, миннезингер, менестрель, вагант!
Пой о любви несбывшейся, высокой
Пой, Анна – хрупкий ангел кареокий –
Ты в этой жизни тоже эмигрант.

И оттого, наверное, друг мой,
Душа тревожна – странница ночная,
Нездешняя, иная, неземная –
Она упрямо ищет путь домой.

ПОЭТУ

В.Р.

О нет, я не о том, какой была Лилит, –
Mein Herz, я не гожусь теперь для этой роли.
Твоя душа в моей в беспамятстве болит,
Как рекрут, что сражён стрелой на бранном поле.

Мein Herz, мы все умрём… Развеет ветер тлен.
Cедой бурьян быльём покроет поле брани.
Не в силах Лореляй или Лили Марлен
Запеть-заговорить открывшиеся раны.

Я им почти сродни. И мне cродни Лилит.
Пока жива, пою, над бездною летая.
Твоя душа в моей, пульсируя, болит,
Печаль и боль мою тобою исцеляя.

Безбрачия венцом венчал меня Творец,
Чтоб в грохоте кастрюль я слух не потеряла.
Пульсируй и боли, но будь живым, mein Herz,
И не теряй строки высокого накала!